ИСУ-152 в целом удачно сочетала в себе три главных боевых роли: тяжёлое штурмовое орудие, истребитель танков и самоходную гаубицу. Однако в каждой из этих ролей, как правило, существовала другая, более специализированная САУ с лучшими характеристиками для своей категории, чем у ИСУ-152.
Помимо Второй мировой войны, ИСУ-152 использовались при подавлении Венгерского восстания 1956 года, где они ещё раз подтвердили свою огромную разрушительную мощь. Особенно эффективным было использование ИСУ-152 в роли мощнейшей «противоснайперской винтовки» для уничтожения скрывавшихся в жилых домах Будапешта снайперов повстанцев, наносивших значительный урон советским войскам. Иной раз только наличия самоходки поблизости было достаточно, чтобы обитатели дома в страхе за свою жизнь и имущество выдворяли из него засевших там снайперов или бутылкометателей.
В арабо-израильских войнах ИСУ-152 использовались в основном как стационарные огневые точки по берегам Суэцкого канала и мало чем себя проявили в руках египетских войск. Некоторое количество этих машин было захвачено израильской армией.

ИСУ-152 как тяжёлое штурмовое орудие

САУ ИСУ-152 в Музее Великой Отечественной войны, Киев, Украина
Основным использованием ИСУ-152 была огневая поддержка наступающих танков и пехоты. 152,4-мм (6-дюймовая) гаубица-пушка МЛ-20С имела мощный осколочно-фугасный снаряд ОФ-540 массой 43,56 кг, снаряжённый 6 кг тротила (тринитротолуола, ТНТ). Эти снаряды были очень эффективны как против неукрытой пехоты (с установкой взрывателя на осколочное действие), так и против укреплений, таких как ДОТы и траншеи (с установкой взрывателя на фугасное действие). Одного попадания такого снаряда в обычный городской дом средних размеров было достаточно для уничтожения всего живого внутри.
ИСУ-152 были особо востребованы в городских боях, таких как штурмы Берлина, Будапешта или Кёнигсберга. Хорошее бронирование самоходки позволяло ей выдвигаться на дистанцию выстрела прямой наводкой для уничтожения вражеских огневых точек. Для обычной буксируемой артиллерии это было смертельно опасно из-за вражеского пулемётного и прицельного снайперского огня.
Чтобы уменьшить потери от огня «фаустников» (немецких солдат, вооружённых «панцершреками» или «фаустпатронами»), в городских боях ИСУ-152 использовались по одной-две самоходки вместе с пехотным отделением (штурмовой группой) для их защиты. Обычно штурмовая группа включала снайпера (или, как минимум, просто меткого стрелка), автоматчиков и иногда ранцевого огнемётчика. Крупнокалиберный пулемёт ДШК на ИСУ-152 был эффективным оружием для уничтожения «фаустников», скрывающихся на верхних этажах зданий, за завалами и баррикадами. Умелое взаимодействие между экипажами самоходок и приданными бойцами-пехотинцами позволяло достичь поставленных целей с наименьшими потерями; в противном случае атакующие машины могли быть очень легко уничтожены «фаустниками».

ИСУ-152 как истребитель танков

ИСУ-152 могла также успешно выступать в роли истребителя танков, хотя существенно уступала специализированным истребителям танков, которые вооружались противотанковыми пушками. В этом качестве она унаследовала прозвище «Зверобой» от своей предшественницы СУ-152. Для поражения бронецелей предназначался бронебойный снаряд БР-540 массой 48,9 кг с дульной скоростью 600 м/с. Раздельное заряжание резко снижало темп огня до 1—2 выстрелов в минуту, но попадание БР-540 в цель было очень разрушительным, шанс уцелеть после него был ничтожно мал.
Уместно заметить, что ИСУ-152 не была настоящим истребителем танков; у неё был низкий темп огня по сравнению с «настоящими» истребителями танков, таких как немецкая «Ягдпантера» или отечественная СУ-100 (их темп огня достигал 5—8 выстрелов в минуту, хотя и на короткий промежуток времени). С другой стороны, тщательная маскировка, быстрая смена огневых позиций и использование ИСУ-152 группами по 4—5 машин значительно смягчали недостаток низкой скорострельности. Кроме того, в 1944—1945 гг. в Красной армии уже появилось достаточное количество специализированных истребителей танков типов СУ-85, СУ-100 и ИСУ-122, поэтому боевые столкновения ИСУ-152 с вражеской бронетехникой были уже не такими частыми, как у СУ-152 в 1943 году, когда последняя была единственным советским мощным противотанковым средством. ИСУ-152 старались больше использовать в качестве штурмового орудия, поскольку её огневая мощь существенно превосходила любые другие советские танки и САУ.

ИСУ-152 как самоходная гаубица
ИСУ-152 весьма нечасто, но использовались как самоходные гаубицы для стрельбы с закрытых позиций. Красная армия не имела специализированных машин для этой цели, подобных немецкому Hummel, американскому Howitzer Motor Carriage M7 или английскому Sexton. Танковые и механизированные части Красной армии были хорошо оснащены буксируемой артиллерией, но буксируемые орудия были уязвимы на марше и они не могли поддержать танки и мотопехоту при быстром продвижении внутрь вражеской обороны. В этой роли ИСУ-152 использовались и для артподготовок. Максимальная дистанция огня у ИСУ-152 составляла около 13 км, несмотря на ограниченный 20° угол возвышения орудия[13]. Однако возможности по стрельбе с закрытых позиций сильно ограничивались низкой скоростью загрузки снарядов. Кроме того, в отличие от буксируемого варианта орудия МЛ-20, которое имело угол возвышения 65°, ИСУ-152 не могла вести огонь по навесным траекториям с высокой крутизной. Это существенно снижало область применения данной машины в качестве самоходной гаубицы.
Стрельба ИСУ-152 с закрытых позиций также является предметом споров на военно-тематических форумах. По документам достоверно установлено два факта такого использования САУ, есть и фотография ведущей огонь ИСУ-152 с закрытых позиций с уложенными рядом с самоходкой боеприпасами. Ещё несколько свидетельств найдено в источниках мемуарного характера. Вполне вероятно, что помимо этих случаев такое практиковалось ещё не раз, поскольку фронтовые отчёты и фотодокументы содержат только часть сведений о боевом использовании машин. Однако их малое количество свидетельствует о том, что использование ИСУ-152 в качестве самоходной гаубицы в Великую Отечественную войну было редким явлением.
Тем не менее, в послевоенное время аспекты боевого применения ИСУ-152 стали смещаться от штурмового орудия в сторону самоходной гаубицы. Получившие массовое распространение новые танки типов Т-55 и Т-62 имели более высокую тактическую и оперативную скорость, чтобы тяжёлые тихоходные ИСУ могли успешно их сопровождать в наступлении[14]. Броня ИСУ-152 уже не была достаточной против новых противотанковых средств, а новые 100-мм и 115-мм пушки танков Т-55 и Т-62 имели неплохую мощность осколочно-фугасного снаряда против полевых укреплений противника. В условиях стагнации развития отечественной ствольной самоходной артиллерии благодаря бурному развитию ракетных вооружений, ИСУ-152 сохранялись как штурмовые орудия для городских боёв и стали использоваться как самоходные гаубицы, где требования защищённости и оперативной мобильности были не столь критичны.

все тот же музей